Irina T. (irater) wrote,
Irina T.
irater

Category:

шахматы

В детстве любимый старший брат нанес мне смертельную в смысле любви к шахматам травму. Мы сидели в подружкой Иркой Колбасеевой и тихо себе играли в меру детского идиотизма. Нет, приперся и стал комментировать каждый ход, заключив, что вот Ирка молодец, а я полная дура. Ну, может, оно так и было, но с тех пор я в шахматы больше не играла. Не притрагивалась вообще.
До тех пор, пока мой муж не подсел на эту игру не по-деццки во время трехлетнего тура с Цирком дю Солей. Между выступлениями, когда у артистов рваный ритм выхода на сцену - надо быть за кулисами, но раз в пол-часа выбегать на свой номер или в подтанцовку, - кто-то читает, кто-то без конца тренируется, кто-то в шахматишки поигрывает. Кто-то нависает сбоку, смотрит. Кончилось большим шахматным турниром среди всех артистов.
После того шахматы всех размеров и видов живут у нас дома по всем углам, книжек по теме валяется немеряно. Коля исподтишка притянул сначала Машу, потом меня. Нет, просто полюбоваться на красивые и лаконичные решения задачек. Фандорин тоже приобщился - лапкой пешечки катать.
Потом, когда Коля отсутствовал на гастролях, и мы с Машуткой стали фигурки двигать. В меру своего.
Через какое-то время я обнаружила, что ВИЖУ. Это как вдруг осознать, что наконец-то понимашь смысл песен, которые помнишь с детства как английскую тарабарщину.
Это очень круто.
Когда-то шахматная партия была для меня просто доской и фигурами, которые можно переставлять так-то и так-то. Но я абсолютно не соображала, куда их направлять. Не видела дальше одного своего хода. Между всеми фигурами - как бы плотная белая вата понапихана.
После некоторой практики с Машуткой и Колей вата растаяла, аки туман, и между фигурами стали натягиваться как бы острые нити. При внимательном разглядывании они, слабо мерцая, возникали вокруг каждой моей фигуры.
А дальше начались просто глюки. Во время игры каждая фигура приобрела способность трансформироваться. То есть вырастать в своем значении и приукрашаться, как Хаттабыч в знак своего могущества мог вырастать до потолка. Или наборот, в запертом состоянии скукоживаться и ссыхаться. Каждая пешка могла стать пехотным командиром, а ферзь - сделаться жалким измордованным заложником. Они живут, как персонажи книги, которую ты сочиняешь и иногда ведут себя так своевольно, что хочется побежать и написать, как великий Гоголь: "Порой я и сам не знаю КТО двигает моей рукой!"...
Хе-хе.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments