Irina T. (irater) wrote,
Irina T.
irater

Tiger Lillies

Я, кстати, так и не могу решить для себя - картина Репина "Иван Грозный убивает сына" - это за уже гранью этики в искусстве или еще до?
У меня такое ощущение, когда я смотрю такие вещи, - с меня как будто сдирают кожу. И вместе с ней - всяческие культурно-этические напластования, типа оценивания: эстетично-неэстетично, человечно-бесчеловечно. Не-по-божески - по-божески.
Если вот некто _талантливый_ напишет "Лолиту" с точки зрения педофила, заставив читателя сопереживать, окунаться в его мир, или там Мамлеев со своей некрофилией... Меня реально мутит, но и одновременно тяжело оторваться.
Потрясение - да, есть. 8 баллов. Но просветление? Не знаю, не заню. Нет у меня ответа.

Tiger Lillies - туда же.
Очень сильное воздействие. Талант, шаманство, сдирание кожи, агония. Облачено в форму изощренного фантасмагорического кабаре с густой атмосферой Германии 20-х годов.
Музыкально это очень интересно. Видеоряд сильно бы понравился таким радикалистам, как Глузд или Троф.
Перед вами - настоящие аццкие британцы.
Мойти Пайтон - агнцы и зайчики со своей сатирой по сравнению с этиими тремя чудовищами, которые выглядят неслабыми дядьками лет этак на 50 каждый.
Эти музыканты - настоящие фрики:



Правда, вспоминается "ЗАводной апельсин"?


В Торонто они выступали вот такими:



Я сначала сидела себе, хлопала глазами и ни черта не понимала этот их бритиш, да еще в контр-тенорном регистре, который певец-аккордеонист иногда переключал на нискочастотный рев. Молодец, глотка у него реально луженая. И этак артистично до невозможности перевоплощался.
И вдруг вот с такой ласково-умильной мордой



он внятно и членораздельно донес до моего сознания текст очередной песни про маму.
"Мама, я тебя убил. Изнасиловал и содрал кожу. Папа сказал, что ты меня так любила. Так сильно, что я не выдержал и тебя убил..."
И дальше я стала понимать, что вся эта отличная музыка и гениальный театральный трагифарс - для облачения морального беспредела.
Я уловила разбитные песенки про:
- то, как весело вбивать гвоздики в доски, приколачиая к кресту этот лузера Христа.
- то, что я иду по улице, а мне осталось жить всего пятнадцать минут, и в глазах темнеет, а осталось уже четырандцать, и почему ж никто не спросит, как я себя чувствую, когда осталось только тринадцать... и т.д. до последнего смертного хрипа и длинной паузы с вываленным на бок языком.
- то, что нассать мне на могилы всех святых, и даже в аду я нассу на могилу бога.
- то, что я засунул себе в задницу хомяка. Он там елозит и скребется, и мне так щекотно и весело. Но всю задницу он мне расцарапал, и сидеть я больше не могу, так что отнес его обратно в зоомагазин, чтоб мне возместили урон, а меня выгнали вон.
- то, что кокаин-кокаин-кокаин и героин.
Причем последняя песня была просто абсолютно улетной - и по драйву, и по красоте мелодии, и по темпу в конце, когда это стало похоже на реальную агонию человека, откидывающего копыта.

На фоне их откровенности и метафизики - сатанизм Мэрелина Менсона вспоминается как голимая коммерческая попса.
Зал в финале неиствовал. Туда, видимо, битком набились люди, которые хорошо знали, зачем и на кого пришли. Я не знала. Я до сих пор не знаю.
Объясните мне, что это было???
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments